Garant-blok.ru

Гарант Блок
1 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Меры государственной социальной поддержки жертв политических репрессий

АКТУАЛЬНО

Причины досрочного расторжения социального контракта

Что такое программа социальной адаптации?

Куда обратиться и какие документы предоставить?

Направления мероприятий социального контракта

Кто имеет право на заключение социального контракта?

Что такое социальный контракт ?

  • * Меры социальной поддержки
    • Детские пособия
  • * Опека и попечительство
  • * Социальное обслуживание
  • * ВОПРОС — ОТВЕТ
  • * АНО Центр социального обслуживания население «Забота»
  • *СОЦИАЛЬНЫЙ КОНТРАКТ
  • Реализация национальных проектов
  • уголок психолога
  • Онлайн-марафон «Все краски лета»

Кого реабилитировали после смерти Сталина и что происходило с ними на свободе

Получайте на почту один раз в сутки одну самую читаемую статью. Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте.

В истории страны ни один лидер, будь то царский, советский или российский, не инициировал настолько масштабную амнистию как ту, что прошла после смерти Сталина. Принято считать, что она не коснулась политических заключенных. Однако свободу получили все, кто был осужден меньше, чем на пять лет. В том числе и те, кого было принято называть «политическими». Безусловно, их было в меньшинстве, но, как говорится, процесс пошел.

Есть мнение, что Берия планировал провести дальнейшую широкомасштабную амнистию отдельно по политзаключенным. Его планам не было суждено сбыться, их в последующем реализовал Никита Хрущев. Но это дает основания не называть амнистию 1953 года исключительно уголовной.

К тому же, согласно указу об амнистии, право выйти на свободу не получили заключенные, отбывающие наказание за бандитизм и умышленные убийства. С другой стороны, нередко такие преступники получали более мягкие приговоры только потому что правоохранительным органом не удавалось собрать необходимую доказательную базу. При этом такая практика распространена не только на постсоветском пространстве. Достаточно вспомнить, что Аль Капоне посадили не за убийства, а за долги по налогам.

Хотя на свободу вышли и закоренелые преступники (ввиду несовершенства судебной и уголовной системы), но вернуться домой смогли и те, кто отбывал срок за «три пшеничных колоска».

Амнистия в ручном режиме

Если на бумаге все должно было пройти гладко, то жизнь внесла свои коррективы. Заключенные, которые не попали под амнистию, буквально заваливали прокуратуру жалобами. Теперь в лагеря привозили газеты и другую периодику, благодаря чему новости о ходе амнистии доходили еще быстрее. Начались изменения и внутри лагерной системы. Сняли решетки с окон, не закрывали на ночь двери.

В ответ на огромное количество жалоб Хрущеву предложили создать специальную комиссию по рассмотрению дел о реабилитации. Высокопоставленные чиновники и правоохранители должны были оперативно принимать смелые решения.

Однако давать ответы оперативно все равно не получалось. С лагерей долго не приходили ответы на запросы. Кроме того, начальники лагерей включали в списки амнистированных тех, от кого хотели быстрее избавиться: людей с инвалидностью, болезнями, скандалистов и склочников. Часто дела пересматривались по месту осуждения, а не там, где хранились материалы дела, это добавляло путаницы и неразберихи.

Комиссия перестала существовать в 1955 году. Из 450 тысяч дел, заведенных за контрреволюционные преступления, было прекращено лишь 153,5 тысяч. Больше 14 тысяч человек было реабилитировано. Больше 180 тысяч человек получили отказ в амнистии и пересмотре дела, их меру наказания оставили без изменения. При этом количество политзаключенных уменьшалось, если в 1955 году их было больше 300 тысяч, то год спустя чуть больше 110 тысяч. К этому времени у многих заключенных уже подошел к концу срок заключения.

Оттепель и новые амнистии

Так называемая хрущевская оттепель привела к переоценке ценностей и избавление от сталинского прошлого было бы невозможным без избавления от культа его личности. Сложно себе представить, как бы шла реабилитация репрессированных при дальнейшем положительном отношении к Сталину. Скорее одно было невозможно без другого. Знаменитый доклад Хрущева, ставший переломным в истории страны, сыграл заметную роль и в реабилитации политзаключенных.

Вероятнее всего в центральном аппарате были недовольны работой предыдущей комиссии. Проводились выборочные проверки, которые выявляли, что некоторые отказы были необоснованными. Хрущев лично предложил создать новые комиссии, причем без правоохранительных органов. Решения по заключенным должны были приниматься на местах, комиссия работала с выездом к местам заключения. Считалось, что сотрудники правоохранительных органов и КГБ, входящие в состав первой комиссии, покрывали недоработки в делах.

Работа такой комиссии была более эффективной, поскольку они имели возможность общаться с заключенными, ознакамливались с материалами его дела. Помимо этого, эта комиссия получила более детальные указания, которым и следовала. Это тоже давало ощутимые результаты. Например, статья 58.10 (контрреволюционная агитация и пропаганда) не считалась отягчающей. Комиссия, углубляясь в дела, не переставала удивляться тому, что приговоры не соотносились с преступлениями, и были неоправданно суровыми.

Изначально дела изменников Родины, шпионов, террористов и карателей (тех, кто перешел на сторону немцев во время войны) не подлежали пересмотру. Но члены комиссии, увидев масштабы фальсификаций, поняли, что нужно пересматривать и их в том числе.

Бахиш Бехтиев – подполковник, участник Парада Победы, был осужден на 25 лет. Такое суровое наказание ему дали за то, что он смел сказать о том, что генералиссимуса нужно было дать не Сталину, а Жукову. Комиссия была крайне удивлена поведению подполковника. Бывший военный едва ли не в слезах убеждал собравшихся в том, что у него не было никаких помыслов против советской власти.

Эта комиссия рассмотрела более 170 тысяч дел, в результате было освобождено больше ста тысяч человек, 3 тысячи реабилитированы полностью, более 17 тысяч осужденных получили уменьшение срока заключения.

Реабилитация после амнистии

Мало было просто выйти на свободу, нужно было еще обратно влиться в советское общество. А сделать это после длительного заключения и забвения было крайне не просто. Со стороны государства реабилитированным оказывалась определенная поддержка: компенсация, жилье, пенсии. Но это было не самым главным. Было сделано все, чтобы в общество отношение к бывшим политзаключенным было не просто лояльным, а уважительным. Впрочем, насколько это было результативным – другой разговор.

Через фильмы и литературу возвышался их образ, он представал едва ли не героем, борцом с системой и притеснениями, почти ветераном войны. Такие «теплые» настроения в стране витали не долго.

В 1956 году в Польше и Венгрии заставило советское правительство задуматься и внимательнее присматриваться к гражданам определенной категории. Бывшие узники ГУЛАГа снова попали под пристальное внимание правоохранительных органов. Более сотни человек из нацподполья Украины были упрятаны за решетку. Все они ранее были амнистированы.

Как и нельзя было вернуть людям потерянные годы жизни, так и невозможно было восполнить реабилитацией все моральные страдания и упущенные возможности. К тому же, зачастую фактически все существовало только на бумаге. Компенсация реабилитированным полагалась в размере двух месячных зарплат исходя из размера оклада на момент ареста. Можно было встать в очередь на получение жилья, в случае утраты работоспособности получать пенсию.

Однако даже эти мизерные льготы могли получить далеко не все. А бывших «врагов народа» продолжали третировать вчерашние соседи и односельчане. Ну и пусть, что такое поведение государством не поощрялось. Далеко не все реабилитированные получили возможность вернуться на родину, редко когда им возвращали отнятое имущество и жилье. Квартиры, которые они получали как очередники, были куда меньше и хуже, чем некогда отнятые.

Читать еще:  Особенности оформления и ведения личных дел

Условно всех реабилитированных в советское время можно разделить на три группы. Это те, кто был депортирован в административном порядке. Фактически они были не реабилитированы, а помилованы. Вторая группа, наиболее массовая, это те, кто был амнистирован, а впоследствии реабилитирован. Они получили мизерные компенсации и ничтожные возможности для социальной адаптации. Однако советское правительство предпочитало называть это громким словом «реабилитация».

Есть и третья, очень небольшая группа заключенных, в основном это бывшие партийные или государственные деятели. Они получили возможность реабилитироваться и на работе, получили лучшие условия проживания (квартиры, дачи) и другие привилегии.

Для большинства же адаптация к обычной жизни шла сложно, если не сказать мучительно. Большинство из них не могли рассчитывать на хорошую работу и квартиру. Чаще всего окружающие люди реагировали на них настороженно. Еще бы, человек был осужден, не совсем понятно по какой статье сидел. К тому же определенное количество времени находился рядом с реальными преступниками. Кто знает, что у него на уме?

Большинство из них так и не смогли избавиться от клейма «враг народа», не восстановились разрушенные семьи и родственные связи. Многие и вовсе провели в местах заключения всю молодость, и не имели ни семьи, ни какой-либо поддержки. Некоторые потеряли близких, которые тоже отбывали наказание.
Закон о реабилитации принятый только в 1991 году определил систему льгот для реабилитированных. Однако и этот закон не предполагал адекватные выплаты, хотя и расширялся список социальных мер поддержки.

Этапы реабилитации

Реабилитация жертв политических репрессий Сталина началась сразу после его смерти. И можно сказать, что не завершена она и по сегодняшний день. Само понятие «реабилитация» в данном применении стало использоваться в 50-е годы, когда на свободу стали выходить те, кто попал в лагеря по глупости и неосторожности.

Однако фактически это было амнистирование – освобождение заключенного раньше срока. Так называемая юридическая реабилитация началась чуть позже. Дела пересматривались, признавалось, что уголовное дело было открыто ошибочно, а некогда осужденный признавался невиновным. Ему выдавалась соответствующая справка.

Однако коммунисты большую роль отдавали и партийной реабилитации. Многие из освобожденных хотели восстановиться в партии, после получения справки о невиновности. О том, насколько активно шел этот процесс можно судить по весьма скромной цифре в 30 тысяч человек, партийно реабилитированных за 1956-1961 гг.

К началу 60-х годов реабилитационные процессы пошли на спад. Те задачи, которые ставил перед собой Хрущев затевая все это, были выполнены. В частности, всем наглядно показали новую власть в стране, ее лояльность, демократичность и справедливость. Этого было достаточно, для того чтобы дать понять, что со сталинским прошлым покончено.

Амнистия должна была повысить авторитет партии. Виновным во всем происходящем был определен Сталин, который якобы единолично представлял власть в стране. Эта теория помогала снять ответственность с партии и полностью переложить ее на товарища Сталина.

Реабилитация первого этапа шла бессистемно. К примеру, с 1939 года родственникам расстрелянных часто сообщалось о том, что их родные осуждены на длительный срок без права переписки. Однако когда прошли все сроки заключения, родственники стали писать письма, отправлять запросы и требовать информацию о судьбе своего близкого. Тогда было решено сообщать им о смерти родного, якобы от болезни. При этом дата смерти указывалась ложная.

Спустя еще одно десятилетие родные снова стали массово отправлять запросы в лагеря, когда в стране началась амнистия. Видимо некоторые не теряли надежды на то, что близкий человек вернется. Тогда же ЦК КПСС выдает официальное разрешение о том, что близким могут выдать справку о смерти с той ложной датой смерти, которая ранее сообщалась им устно. Таких справок, начиная с 1955 по 1962 было выдано более 250 тысяч!

В 1963 году справки разрешили выдавать правильные, с верной датой смерти. Вот только в графе «причина смерти» ставился прочерк. Указание фактической причины «расстрел» привело бы снижению авторитета партии в обществе.

Это решение как нельзя лучше характеризует всю хрущевскую реабилитацию. Правда и справедливость выдавались строго и дозированно. И не всем. Хрущев, проводя десталинизацию больше всего боялся подорвать основы власти. Очень тонкая грань, когда вчерашний руководитель партии – олицетворение зла, а сама партия – добро и благо. Отсюда и подобная бессистемность реабилитации.

Наиболее громкие дела, такие как «Шахтинское», «Большие московские процессы», дела над Зиновьевым, Каменевым, Бухариным пересматривать было бы слишком рискованно. Они уже успели закрепиться в подкорке населения как показательные. О том, чтобы переоценить коллективизацию и в целом красный террор, вообще не было и речи.

Вряд ли можно сказать о том, что надежды Хрущева оправдались, уж слишком половинчатой была затеянная им реабилитация. Это не могло не бросаться в глаза населению Советского Союза. После ухода Хрущева реабилитация шла своим ходом без прежнего пафоса, показательного размаха и политического значения.
Меняется и общественное восприятие. Часто становясь предметом споров между сторонниками Сталина и его противниками, реабилитация как процесс, остается острой темой.

В эпоху, когда гласность и публичность стали нормой, тема жертв политических репрессий снова становится обсуждаемой. В конце 80-х годов возникает объединение молодых активистов, которые ратовали за создание мемориального комплекса жертвам сталинских репрессий. Аналогичные движения начинают появляться и в регионах. В эти общественные организации входят и бывшие заключенные, они же создают собственные объединения.

Со стороны государства оказывается посильная поддержка. К примеру, создается специальная комиссия, которая должна была изучить архивные материалы и подготовить документы для сооружения памятника. В 1989 году Указом верховного Совета СССР отменяются все внесудебные решения. Согласно этому документу утратили силу многие обвинения.

Однако и в данном случае каратели, изменники родины, фальсификаторы уголовных дел не могли рассчитывать на реабилитацию и снятие всех обвинений. Благодаря этому указу было реабилитировано сразу более 800 тысяч человек.

После принятия данного документа, власти на местах не могли отказывать в просьбах установки памятников жертвам политических репрессий. Однако Указ никак не регулировал меры социальной поддержки.

Эхо репрессий не стихает, несмотря на время. Безуспешные попытки реабилитации и социальной поддержки жертв вряд ли могут вернуть веру и ощущение справедливости невинно осужденным, тем, чья жизнь попала в маховик и была в нем же уничтожена.

Понравилась статья? Тогда поддержи нас, жми:

Сломанные мозги и 371 год закрепощения. Колонка ко Дню памяти жертв политических репрессий

30 октября — День памяти жертв политических репрессий. И что? Ничего. Память чту и наблюдаю, как растет число политических репрессий. Живу, как все, вполглаза и вполмозга, по принципу «лишь бы меня не задело». После «лихих 90-х» российское общество оперативно перестроилось, снова воспроизвело Homo Soveticus. И я такой же Homo Soveticus. Удивляюсь из своей норки: «Дураки какие в Хабаровске! На улицу вышли — и ради чего?». Сосед мой, тоже Homo Soveticus, на днях восхищался: «Молодец, Лукашенко, страну удержал!» Я тоже на митинги хожу, но как журналист — таких полицейские не винтят. А если и винтят, то быстро выпускают. Главное — без последствий. Еще инстинктивно сторонюсь, когда рядом кого-то берут за грудки и надевают наручники. И потом на кухне с женой вполголоса: «Сегодня на ЖБИ спецназ человека застрелил… говорят, обои украл. Беспредел!» Удивляемся, что на художницу из Кургана завели дело за клип Alai Oli «Купчино» («Зачем ты под черного легла»), который она опубликовала у себя в шутку в 2010 году, да так и забыла. Но выходим оба из квартиры — и замолкаем.

Читать еще:  Ничтожные сделки понятие основания признаки правовая природа

Проблема в том, что нет до сих пор в обществе консенсуса по теме репрессий, нет общего нарратива. Того, что профессор Колумбийского университета Марианна Хирш называет ассоциативной пост-памятью. То есть официального дискурса — того, как принято в государстве говорить об этой теме. Вот по Великой Отечественной войне у нас есть сформировавшийся дискурс, официальная версия, которой более-менее все придерживаются. Учителя знают, как об этом говорить, взрослые знают, как говорить, дети знают. Мы понимаем друг друга благодаря общему языку по этой теме. Нюансы есть, но в целом противоречий нет — это большая жертва и большая Победа. Даже Победу, не задумываясь, пишем с большой «П».

Самим государством, как правило, руками прокурорских работников в регионах, ведется работа по реабилитации жертв «Большого террора». С 1991 по 2014 год в России реабилитированы 3,5 млн человек, подвергшихся политическим репрессиям в СССР. И еще отдельной строкой — 264 тыс. детей репрессированных, которые также подверглись гонениям. Всего же, по подсчетам общества «Мемориал», в России подлежат амнистии и реабилитации свыше 11 млн человек.

По инициативе государства на бюджетные деньги, то есть на наши с вами налоги, создается множество баз данных с частными человеческими историями о репрессиях в СССР. Большой массив интервью (200 штук) с репрессированными и их родственникам, например, собрали в Москве, в государственном Музее истории ГУЛАГа.

Государство лояльно смотрит на такие общественные проекты, как «Бессмертный барак» Андрея Шалаева.

Есть много региональных инициатив. И они также поддерживаются государством. Только-только в Екатеринбурге закончился проект «Молчать нельзя рассказывать: практики памяти об эпохе политических репрессий», который делали бюджетный же Музей истории Екатеринбурга и Агентство молодежных инициатив при поддержке Фонда президентских грантов. 16-летних подростков, еще сохранивших подвижность восприятия, учили критическому мышлению: читать архивно-следственные дела репрессированных и искать следы фальсификации доказательств. Учили не быть равнодушными: показывали Мемориал возле Екатеринбурга, где в 1930–1950-х годах были расстреляны, брошены вповалку, как снопы, и закопаны от 20 тыс. до 40 тыс. невинно убиенных людей.

Но разрешено ли этим же молодым людям мыслить и быть свободными в высказываниях? Здесь налицо конфликт. Со стороны государства идет вполне считываемый посыл на ограничение свободы высказываний. Многие действия приравнены к экстремизму — статья 282 УК РФ, до шести лет лишения свободы. Отсюда «Болотное дело», «Московское дело», отсюда все суды за лайки и репосты, запреты на критику власти. Сегодня само по себе критическое мышление в России стало небезопасным.

Пара примеров. 29 сентября Верховный суд Карелии увеличил с 3,5 до 13 лет колонии срок карельскому историку и публицисту Юрию Дмитриеву. В 1997 году он обнаружил и исследовал Сандармох, место массовых захоронений репрессированных под Медвежьегорском, а попутно поднял вопрос о роли органов госбезопасности в стране.

Что знает поколение Путина об эпохе Ельцина — итоги свежих исследований ВШЭ

В 2019 году полиция обыскивала квартиру и офис главы пермского отделения «Мемориала» Роберта Латыпова. Все из-за работ по расчистке кладбища жертв политических репрессий возле заброшенного поселка Галяшор. Они, к слову, велись с участием «наших идеологических противников» — волонтеров из Прибалтийских стран. Для статуса «инакомыслящий» достаточно.

Парадокс. Поколения 1970–1990-х годов, пережив эпоху гласности и перестройки, снова воспроизвели Homo Soveticus.

Я сам воспроизвел в себе Homo Soveticus. Нет уже никаких выживших из ума членов РСДРП(б) с 1905 года. Есть 51-летний глава Нижнего Тагила Владислав Пинаев, обсуждающий установку бюста Иосифу Сталину в городе.

Есть 40-летние мужики, устанавливавшие памятник Сталину в Липецке. Есть 51-летний кандидат философских наук, первый секретарь нижегородского обкома КПРФ Владислав Егоров, открывавший памятную доску «вождю» в Шахунье.

И уже нет 47-летней журналистки Ирины Славиной, которая сопротивлялась этому и, не выдержав встречного давления силовиков, покончила с собой.

С Соборного уложения 1649 года страна катится по рельсам крепостного права и сословий. Раз за разом, из поколения в поколение воспроизводит одни и те же поведенческие модели — барину кланяться, дома ворчать на непомерный оборок, бояться кнута да дыбы.

К этому готовят с детства.

В Федеральных государственных общеобразовательных стандартах, по которым год за годом учат новые поколения россиян, прописано, что изучение истории, помимо формирования критического мышления, должно вести еще и к формированию гуманистических ценностей у детей. То есть детям вроде как должны прививать уважение к правам и свободам личности, формированию активной гражданской позиции. Государством даже поддерживаются различные курсы правовой грамотности и молодежные волонтерские организации. Но есть один момент. Государство, формируя память о Великой Отечественной войне и культивируя чувство патриотизма, хочет, чтобы подростки впитывали в отношении того времени некую государственническую позицию. При изучении следующей главы после репрессий им вбивают в голову, что государство — это главная ценность. Все ради процветания государства! Человек и его жизнь не так важны по сравнению с ценностью государства! И это все те же ФГОСы.

В голове подрастающего поколения происходит столкновение двух парадигм — государственнической и гуманистической. Причем обе поддерживаются самим государством.

Про свою историю молодым людям предлагают говорить то с точки зрения, что государство — главная ценность, то с точки зрения, что главная ценность — это человек. В реальной жизни они видят блок на любую инаковость, и их мировоззренческая модель формируется сама по себе. Как итог 16,1% подростков, прошедших в Екатеринбурге через проект «Молчать нельзя рассказывать», заявили, что «Сталин все сделал правильно», санкционировав репрессии. Еще 10,7% ответили, что «Победа в Великой Отечественной войне оправдывает те жертвы, которые были допущены». Столько же полагает, что «Большой террор» — это подготовительный этап к войне с нацистской Германией. И лишь 12,5% респондентов четко отвечают, что «политические репрессии — это неоправданное преступление против своего народа».

Зачем удивляться, что оканчивавший школу в середине 2000-х годов сотрудник ОМОН Росгвардии старший сержант Александр Лягин на полном серьезе обвинял актера Павла Устинова? Якобы тот при задержании на акции протеста в Москве 3 августа 2019 года вывихнул спецназовцу Лягину плечо. Лягин по приказу руководства спасал Россию от чумы «цветных революций», тут не до сантиментов. В «Кровавое воскресенье», 22 января 1905 года, такие же лягины спасали престол, плюя свинцом из ружейных стволов в безоружную толпу, которую привел дурак и популист Гапон.

Как у могилы Сталина вспоминали «вождя народов» в годовщину его смерти. Репортаж Znak.com

Допускаемое самим государством состояние двоякости ненормально. Это прямой путь к биполярному расстройству личности. Оно неконструктивно и чем дальше будет продолжаться, тем больше негодования будет порождать внутри новых поколений. Это прямой путь к социальным конфликтам и взрывам. Понятно, что при работе с такими темами у молодых людей возникают рано или поздно вопросы к самому государству: «А как такое вообще возможно?». На эти вопросы надо отвечать честно. Любые увертки и умалчивания, особенно со стороны государства, лишь порождают еще больше вопросов и недоверия к нему самому.

Читать еще:  Должностная инструкция директора по персоналу образец заполнения

На все это наслаивается конфликт отцов и детей. Уже сейчас четвертое и пятое поколение родившихся после эпохи политических репрессий 1930–1950-х годов в СССР воспринимают ее не так, как второе и третье поколения (дети и внуки репрессированных).

Главный вопрос от подрастающих: что там такое произошло, раз об этой теме так говорят? Им все любопытно: кто пострадал, кто вел следствие, какие были законы и почему так все вышло. Это их толкает к познанию. Для них это квест, в котором много неизведанного и который так любопытно пройти. У них доминирует интерес к теме, потом, по степени интенсивности, идут удивление и печаль. В этом поколении работает модель: я узнаю, потому что мне интересно, я удивляюсь тому, что узнал, и мне очень грустно от того, что такое в моей стране было.

Археологи нашли новые места захоронений репрессированных в 1930-е жителей Екатеринбурга

Но именно поэтому они, кажется, более объективны в своем восприятии. У старшего поколения тема вызывает совсем другие эмоции. Здесь скорее надо говорить о боли, о горечи, о личных переживаниях. Они не способны воспринимать репрессии в виде комиксов или театральных постановок. Более того, тема до сих пор табуирована в семьях. По данным исследований МИЕ, 37,5% детей говорят, что в их семьях никогда не говорили об этой странице отечественной истории.

Фамилиальной (семейной) пост-памяти, по Хирш, не формируется. Следовательно, ее место занимает очень кривая и нелогичная ассоциативная пост-память. Так и живем десятилетие за десятилетием, за веком — век. Кто сегодня вспомнит, что 30 октября как День памяти жертв политических репрессий выстрадали голодовками и акциями протеста сами бывшие политзаключенные и начало тому в 1974 году в этот день положили бывшие узники поволжских да уральских лагерей? Не надо мне этого, я же Homo Soveticus. Тошно только что-то… Выпить, что ли? Пятница же!

Открытый список

В 2016 году был опубликован открытый список — базу данных о жертвах репрессий с 1917 по 1991 год. Открытый список построен по принципу Википедии. Информация постоянно добавляется, обновляется и редактируется самими пользователями. Автором проекта стал Благотворительный фонд «Протяни руку», который занимается помощью лицам, находящимся в трудной жизненной ситуации, в том числе, в местах лишения свободы. На сайте Открытого списка более 2,5 миллионов записей о жертвах политических репрессий. Люди находят имена родных в списках, составленных на основе официальных документов и размещают их биографию.

После окончания Красного террора периода Гражданской войны политические репрессии в Советской России и, позднее, в СССР продолжились.

Как стало известно впоследствии, в 1920-х годах ряд дел о политических преступлениях был в действительности построен на фальсифицированных обвинениях («Дело лицеистов», «Дело фокстротистов», Шахтинское дело).

В 1921 году ВЧК по делу «Петроградской боевой организации В. Н. Таганцева» было арестовано 833 человек. Расстреляно по приговору или убито при задержании 96 человек, отправлено в концентрационный лагерь 83, освобождено из заключения 448.

В сентябре-ноябре 1922 года большая группа интеллигенции была выслана из РСФСР на так называемом философском пароходе [2] .

Активно осуществлялись репрессии против духовенства.

Причины репрессий 30-х годов

К моменту прихода к власти Сталина, в стране сложилась трудная экономическая ситуация.

Причинами начала репрессий принято считать:

  1. Экономия средств на уровне масштаба страны, требовалось заставить работать население бесплатно. Работы было много, а оплачивать ее было нечем.
  2. После того, как был убит Ленин, место вождя было свободным. Народу нужен был вождь, за которым население будет следовать беспрекословно.
  3. Необходимо было создать тоталитарное общество, в котором слово вождя должно быть законом. При этом меры, используемые вождем, были жестокие, но они не позволили организовать новую революцию.

Ссылки, расстрелы, захоронения: памятные места на территории России

Лагеря ГУЛАГа

Миллионы репрессированных в СССР прошли через трудовые лагеря, которыми руководило Главное управление исправительно-трудовых лагерей, трудовых поселений и мест заключения (ГУЛАГ). Труд заключенных использовался на промышленных стройках, и многие не дожили до своего освобождения. Трудовые лагеря, входившие в систему ГУЛАГ, располагались во всех регионах страны, в том числе на Севере, в Сибири, на Дальнем Востоке.

Здание органов госбезопасности (Москва, Лубянская площадь)

В здании, которое сейчас занимает ФСБ, в советское время находилась внутренняя тюрьма, в которой отбывали заключение или были расстреляны высшие чины государства, политические деятели, люди искусства и прочие «инакомыслящие». В частности, там был расстрелян нарком ОГПУ-НКВД Генрих Ягода и провел год в заключении писатель Александр Солженицын.

Расстрельный полигон «Коммунарка» (Московская область)

Бывшая дача наркома ОГПУ-НКВД Генриха Ягоды. После того, как он был расстрелян в 1938 году, дача превратилась в полигон, где было расстреляно от 10 до 14 тысяч человек, известны имена около 4,5 тысяч из них. Здесь были расстреляны высокопоставленные чиновники и военачальники, дипломаты, чекисты и разведчики.

Бутовский полигон (Московская область, Ленинский район)

Это урочище, в котором в 1937-1938 годы были расстреляны более 20 тысяч человек. Имена расстрелянных установлены. Большинство из расстрелянных – рабочие, крестьяне, священники различных конфессий.

Сухановская тюрьма (Московская область)

Бывший монастырь, ставший объектом НКВД, где содержались попавшие в опалу высокопоставленные чиновники. Идея создания данной тюрьмы принадлежит главе НКВД Николаю Ежову, который впоследствии в ней же и был расстрелян.

Левашовская пустошь (Санкт-Петербург)

Здесь захоронены 47 тысяч жертв массовых репрессий в СССР. Хоронить расстрелянных в этом месте стали с 1937 года. Данное кладбище было секретным объектом КГБ до 1989 года.

Катыньский лес (Смоленская область)

Под Катынью в 1940 году сотрудники НКВД расстреляли более 21 тысячи польских военнопленных. СССР долгое время отрицал этот факт и заявлял, что в трагедии виновны немецкие войска, однако в 1990-е руководство страны официально признало то, что ответственность за расстрел лежит на НКВД.

Сандармох (Карелия, Медвежьегорсий район)

В этом урочище в 1937-1938 годах были захоронены и расстреляны более 9,5 тысяч человек – жители Карелии, заключенные Беломоро-Балтийского канала и Соловецкого лагеря особого назначения. Среди них представители 58 национальностей и различных конфессий — крестьяне, рабочие, священнослужители, ученые, политические деятели, люди искусства. Захоронение было обнаружено в 1997 году.

Золотая гора (Челябинская область)

Золотая гора — это заброшенные золотые прииски, где в 1930-е годы было захоронено более 11 тысяч человек – жертв сталинских репрессий. Захоронение было обнаружено в 1989 году. На открытии памятника репрессированным присутствовал академик Андрей Сахаров.

Урочище Липовчик (Орловская область)

На этом месте в 1930-е годы были расстреляны более 400 человек. Захоронение в 1963 году случайно обнаружили школьный учитель и его ученики. Сегодня на этом месте открыт мемориал.

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты
Adblock
detector